Курс лекций по истории искусства Декоративные цветы Начертательная геометрия Типовые задачи и методика решений.

Курс лекций по истории искусства

Храмовая архитектура Японии отличается своеобразием. Основными культовыми сооружениями были синтоистские храмы и буддийские пагоды. Синтоистский храм прост. Это прямоугольное по форме сооружение с двускатной крышей, установленное на столбы-опоры и обнесенное открытой верандой. Декор в синтоистских храмах отсутствовал. Они строились из дерева, которое из-за сложных сейсмических условий было основным строительным материалом в Японии. Особенно часто использовали кипарис, в котором ценился желтоватый цвет древесины. Дерево не окрашивалось, подчеркивались его фактура и мастерство обработки.

Пагоды сооружались под влиянием и при непосредственном участии китайских мастеров, однако в отличие от китайских, пагоды в Японии были более изящными и стройными, хорошо вписывались в окружающий пейзаж. Пагоды эпохи Нара не имели декора, однако уже в эпоху Хэйан отличались чрезвычайной декоративностью. Великолепным образцом хэйанской храмовой архитектуры может служить храм Феникса близ г. Киото.

Строились в Японии и храмовые комплексы. Они имели свободную планировку и включали главный Золотой храм (крыши покрывались листовым золотом), храм для проповедей, библиотеку и сокровищницу. Самым ранним таким комплексом является ансамбль Хорюдзи в г. Нара. Конструктивно японские жилые дома и дворцы сходны с китайскими: деревянный каркас и высокая крыша. Но в Японии нет китайской усложненности, вычурности силуэта крыш, измельченности деталей, обилия декора.

Монументальная скульптура Японии развивалась под влиянием буддизма, поэтому каноничность, сакральность была ее характерной чертой. Храмовая скульптура — это прежде всего статуи Будды, бодхисаттв, стражей света, драконов, львов, демонических существ. Будда Вайрочана (санскр. вездесущий, всемогущий) в Нара — одна из крупнейших скульптур мира. Почитаемы в Японии были статуи Будды Шакьямуни в Киото и Будды Камакура близ города Иокогамы. Все они величественны, изображены в позе лотоса и выражают главную идею просветления — душевный покой, бесстрастие и созерцательность.

К XVII в. в Японии большое распространение получила мелкая пластика нэцке — костяные и деревянные скульптурки, изображающие фантастических зверей, монахов, ремесленников, актеров. Для нэцке характерны юмор и гротеск.

Живопись в Японии развивалась также сначала под влиянием китайской. В Японии жанры «горы и воды», «цветы и птицы» получили название стиля сумиэ. Этот стиль имеет древние истоки в светских школах монаха-поэта Сэссона Юбая* (XIV в.), в творчестве художников Сюбуна (1414-1465) и Сэссю (1420-1506).

«Сюбун, чье творчество прославляется в литературе Пяти Монастырей... Талантливый скульптор в той же мере, что и волшебник кисти... Хотя другие имена известны лучше, Сюбун — истинный основатель и, как считают некоторые, лучший живописец этой школы».

Ученик Сюбуна Сэссю отражал в своем творчестве принципы вкуса, присущие дзен, и взгляды дзен на мир. Его картины, несмотря на энергичную кисть, несут в себе черты покоя, словно художник, ухватив суть красоты, свел ее выражение к крайней степени простоты, но тонкая простота дзен в пейзажах и фигурах Сэссю находится в гармонии с настроением воспринимающего мир художника.

Целая плеяда художников — Мусо Кокуси, Те Денму, Сюбун, Миямото Мусаси — прославились в стиле сумиэ. Его характеризует отражение истинной реальности, природы, умение в немногом высказать многое, отсутствие симметрии, геометрических форм, искривленные линии. К началу XVII в. японские художники выработали еще более «импровизационный» стиль, который получил название хайга, исследователи называют его «живопись без живописи». Хайга— это непринужденные, моментальные зарисовки к японским стихотворениям хокку или буддийским сутрам. Это уникальное явление, характерное только для искусства Японии.

Еще одно направление в живописи, возникшее в XVII в., получило название укиё-э («образы бренного мира»). Картины этого направления показывали многообразные сцены жизни: быт ремесленников, торговцев, актеров, народные празднества. Направление укиё-э способствовало появлению гравюры на дереве. Сначала гравюра была черно-белой, затем художник Харунобу первым применил цветную печать. Харунобу любил изображать жизнь средних слоев, особенно женщин, в бытовой обстановке. В творчестве художника Утамаро основной становится тема, раскрывающая жизнь гейш во всех проявлениях: во время праздников, за туалетом, на прогулке или в созерцательном раздумье. Он не стремился передавать внутренний мир своих героинь, его интересует красота и плавность линий, танцевальность ритма, изысканность, декоративность цвета. Художник Хиросигэ создал свои знаменитые серии: « 53 станции Токайдо», «36 видов Фудзи», «100 видов Эдо», в которых запечатлел конкретные пейзажи Японии в разные времена года, суток, в разном состоянии и настроении. Всемирную известность получил художник Хокусай: «старик, одержимый рисунком» — так подписывал он свои работы. Хокусай создал около 30 000 рисунков и иллюстраций к 500 книгам.

Сложившийся в VIII в. под влиянием китайцев театр в Японии создал представление саругаку («обезьянье искусство»), включавшее в себя потешные фарсы, пантомиму, фокусы, жонглирование.

Сцена в интерьере. Гравюра. XVIII в.

Однако XIV в. саругаку превратился в серьезное мистериальное представление, центральным моментом которого было исполнение изящного женского танца под музыку и пение. Сначала этот театр назывался Саругаку-Но, однако очень скоро в названии осталось только одно слово Но («умение»). Так возник знаменитый театр Но — синтез народного фарса и философской драмы, поэзии, приемов военного искусства, танца, пантомимы, музыки. Эстетика театра Но сочетала два принципа: мономанэ («подражание, правда») и югэн («сокровенный, темный»), т. е. красоту реального мира и его скрытую одухотворенную красоту.

В театре существовали актерские амплуа: первый актер (ситэ) и сопровождающее его лицо (цуре), второй актер (ваки) и сопровождающее его лицо, а также комик-простак. Женщин-актрис в театре Но не было. Маски во время игры носили только ситэ и цуре, если исполняли роли старух и демонов, остальные актеры даже не гримировались. Все монологи актеры не говорили, а пели особым искусственным тембром, либо очень высоким, либо очень низким, речь других персонажей также не произносилась, а протяжно декламировалась. Жесты были предельно скупы и условны: так, рука, поднесенная к лицу, означала рыдания.

Сюжеты для пьес в театре заимствовались из мифов, легенд или знаменитых литературных произведений. Таким образом, театр Но в своих спектаклях изображал особый поэтический мир, стремясь вызвать у зрителей возвышенные мысли и переживания. Театр Но был элитарным, рассчитанным на образованного зрителя. Однако зрелища нужны были всем горожанам, и эту потребность удовлетворил народный театр Кабуки, спектакли которого совмещали бытовую драму и фарс.

В театре Кабуки маску носил только актер, игравший роль фантастического существа. Остальные актеры играли без масок, но применяли иногда условный грим: так, красные полосы на лице означали гнев. Спектакли отличались сложной интригой, стремительностью развития действия и постоянно держали зрителей в напряжении.

Очень большой популярностью в Японии пользовался театр марионеток Дзёрури, который окончательное оформление получил к XVII в. Его истоки уходят в театр Тикамацу Мондзаэмона эпохи так называемого японского Ренессанса. Он наряду с Басе и Йхара Сайкаку был одним из трех столпов этой творческой волны. Кукловоды театра Дзёрури участвовали в спектаклях с открытыми лицами в церемониальных костюмах либо в черных капюшонах с прорезями для глаз. Они управляют куклами на виду у зрителей, в их руках куклы фехтуют, пляшут, сотрясаются от рыданий — словом, смотрятся, как живые. Ведущая роль в театре Дзёрури принадлежит певцу-рассказчику, который ведет повествование под аккомпанемент сямисэна (трехструнный щипковый плекторный инструмент) от лица автора и от лица всех героев пьесы и должен обладать способностью к мгновенному перевоплощению.

В противовес условной, усложненной игре в театре Но, рассчитанной на понимание символики жеста, цвета, ритуальной одежды, в XVI в. возникла предельная простота чайного ритуала, но простота, прошедшая через мистический опыт — ваби. В свою очередь чайный ритуал тяною породил такие искусства, как икэбана, стиль керамики в духе ваби, японские сады, оказал влияние на фарфор, живопись, интерьер японского дома.

Японский лакированный шкаф. XVII в.

Искусство цветов, комментирует Мако-то Уэда, нечто большее, чем развлечение. Когда им занимаются с полной отдачей и преданностью, оно вызывает просветление. Цветы, как уже говорилось, имеют особое значение в жизни японцев, являются частью природы и включаются в закон природы и Будды. Мастер икэбана, общаясь с цветами, может войти в такое состояние, когда мирские страсти его не касаются. Он может в свое удовольствие расставлять цветы в вазе, может предпочесть нежным цветам сухие ветки старого дерева, а роскошной вазе — разбитый кувшин. Все это зависит от состояния души. Великое умение японских мастеров — извлекать радость из обыкновенных вещей. Следует отметить, что тяною, икэбана, каллиграфия, сумиэ, парковое искусство, театр Но являются элементами самурайской культуры, и зарождаются они под влиянием дзен.

Культура страны восходящего солнца в конце XX и на рубеже XXI в. сохраняет свое самобытное значение, дарит миру ощущение тонкости, гармонии, красоты, чуткого восприятия прекрасного, обращенного к лучшим сторонам человеческой души.


Сущность и сила христианского средневековья